Давид (bolivar_s) wrote,
Давид
bolivar_s

Либеральные фашисты наступают. Охота на ведьм, дубль два (2 статьи)


Либеральные фашисты наступают


POSTED BY: АЛЕКСЕЙ ОРЛОВ ИЮЛЬ 10, 2017

Либеральный фашизм в сегодняшней Америке жив и здоров.  Его цель проста:  любыми средствами заткнуть рот консерваторам и заставить их замолчать», — сказал   политический комментатор Шон Хэннити, открывая 25 апреля  свою часовую передачу на телеканале Fox News.

                        Словосочетание «либеральный фашизм» могло, наверное, покоробить чей-то слух, поскольку  оно сродни «жареному льду» или «сухой воде». Но не Хэннити ввел в обиход  кажущееся  на перый взгляд почти невероятным  обвинение либералов в фашизме.

В 2007 году  увидел  свет фундаментальный труд  Джоны Голдберга  «Либеральный фашизм» ( на русском языке книга вышла в 2012-м), в которой назван автор этого словосочетания:  Герберт Уэллс.  Да, да, тот самый писатель-фантаст, встречавшийся в Кремле с Лениным и назвавший его «кремлевским мечтателем».  Уэллс тоже был мечтатателем. Он мечатал о фашизме в Англии.  Выступая в 1932 году в Оксфордском университете перед студентами-членами организации «Юные либералы», Уэллс  ратовал за возрождение либерализма под эгидой  «либерального фашизма». «Я хочу видеть либерального фашиста, просвещенного фашиста», —  заявил  писатель-фантаст. Голдберг прослеживает либеральный фашизм у американских левых  —  от президента  Вудро Вильсона до  Хиллари Клинтон и (во втором издании) Барака Обамы… Но мы, читатель, не будем  ворошить прошлое, пусть и совсем недалекое, а обратимся сразу в сегодняшний день — в Америку после победы Дональда Трампа на президентских выборах в ноябре 2016 года.

В эпоху президента Трампа ситуация ухудшилась, — сказал Шон Хэннити. — Ни для кого не секрет, что я поддерживаю президента и его политический курс.  Либеральные фашисты не желают слышать голоса консерваторов…»

Примеры? Их множество. Я приведу только два: первый —  в Калифорнийском  университете  в Беркли, второй —  в  Миддлберри-колледже в штате Вермонт. Начну со второго, который не столь известен, как первый, и о котором мало кто, вероятно, знал до события, случившегося в четверг, 2 марта.

Студенты-республиканцы Миддлберри-колледжа  пригласили выступить  политолога Чарльза Мюррея. Таких, как Мюррей,  в Америке называют  «controversial»,  то есть «вызывающим  споры».  И многое из того, что написал Мюррей,  действительно вызывает споры.   В 1994 году бурю вызвала  книга Мюррея «Колокольная кривая» («The Bell Curve»), написанная им  совместно с психологом Ричардом Херрнстайном, который скончался до ее выхода в свет, так что защищаться  Мюррею пришлось в одиночку.  В книге  — 665 страниц (без библиографии и указателя имен), в ней — 22 главы, но гнев политкорректной Америки вызвала только одна глава — 14-я, в которой всего-навсего 24 страницы.  В главе  «Этническое неравенство в отношении IQ» авторы анализируют разницу в коэффициенте интеллекта (IQ)  среди афроамериканцев (85),  латиноамериканцев (89), белых с европейскими корнями (103), азиатов (106) и евреев (113).  Большинство критиков вряд ли прочитали всю книгу. 24-х страниц  им оказалось   достаточно, чтобы смешать Мюррея и Херрстайна с грязью.

Мюррей сделал для себя вывод. В дальнейшем он  не касался — ни в книгах, ни в статьях — темы разницы IQ  у различных расовых и этничских групп. Он сосредоточил свое внимание на белых американцах. Результатом стало  блестящее исследование «Растущая пропасть: белая Америка с 1960-го по 2010-й  год» («Coming Apart: The State of White America 1960 — 2010»), вышедшее в свет в 2012 году.  Мюррей показывает, насколько велика  пропасть между 10-20-ю процентами белых с высоким интеллектом (средний IQ — 125)  и  20-30 процентами  с низким (средний IQ — 99).  И пропасть между двумя группами прдолжает расти.

Тема, поднятая Мюрреем, не может не интересовать каждого думающего человека, и нет поэтому ничего удивительного, что  группа студентов Миддлберри-колледжа  пригласила его выступить и ответить на вопросы, каковых уйма. Но запланированная  встреча не состоялась.

Левацкая организация «Юридический центр по борьбе с нищетой на Юге» («Southern Poverty Law Center»), расположенная  в сотнях  миль  от Миддлберри в  городе Монтгомери (штат Алабама), но зорко следящая  за всем, что происходит в стране, назвала  Мюррея «белым националистом, который использует псевдонаучную и вводящую в заблуждение статистику, чтобы доказать, что социальное неравенство, которое испытывают  черные и латинос, женщины и бедняки, вызвано  их генетической неполноценностью». Узнав о приглашении   Мюррея в Миддлберри, эта организация призвала студентов к бойкоту. И не только студентов. Она призвала  выпускников  колледжа  повлиять на руководство их альма-матер, и более чем 450 выпускников обратились с открытым письмом к студентам и преподавателям с требованием не допустить выступления Мюррея.   И как только Мюррей  вышел на сцену и подошел к микрофону, несколько сотен  студентов повернулись к нему спиной, начали улюлюкать и скандировать : «Убирайся вон, расист, сексист, анти-гей Чарльз Мюррей!».

Мюррей «убрался», и когда с сопровождающим подошел к машине, в них полетели камни. Несколько протестующих взобрались на капот, чтобы машина не моглу двинуться  с места.

Осведомлены  ли протестовавшие  о Первой Поправке к Конституции, гарантирующей свободу слова? Разумеется  осведомлены. Но либеральные фашисты  — давайте называть их так, как они заслуживают, — считают, что свобода слова  должна  быть гарантирована только тем, кто разделяет их взгляды.  Читали  ли они книги Мюррея, в частности «Растущую  пропасть»?  Один из протестовавших был откровенен: «Нет времени, чтобы знакомиться с сочинениями белого националиста».  Они получили сигнал из «Юридического центра по борьбе с нищетой», и этого было достаточно, чтобы заткнуть Мюррею рот.

5 марта на вебсайте American Enterprise Institute Мюррей написал, что за годы, прошедшие со времени публикации «Колокольной кривой» , ему не раз приходилось сталкиваться с протестами в университетах, но каждый раз он получал возможность говорить.  С тем, что случилось в Миддлберри, он столкнулся впервые. «Интеллектуальные бандиты заправляют на многих кампусах», — пишет Мюррей…  И они уже давно заправляют на кампусе Калифорнийского университета  в Беркли.

Университет в Беркли вошел в историю борьбы студентов за свободу слова. Здесь  в 1964 году родилось  «Движение за свободу речи» («Free Speech Movement»). Cтуденты протестовали  против решения администрации университета ограничить  на кампусе  их политическую активность. Движение студентов Беркли было подхвачено в десятках университетов, и с  годами политическая активность  стала обычным делом во всех высших учебных заведениях.  Но  — как говорил гоголевский  Тарас Бульба:  «Я тебя породил, я тебя убью» —  нынешнее поколение студентов Беркли сражается против свободы слова для каждого, с позицией которого  оно не согласно.

В четверг, 2 февраля, на кампусе Беркли должен был выступать консервативный  журналист Мило Яннопулос.  Более полутора тысяч протестующих  собрались на площади  перед зданием, где ему предстояло выступить.  Они скандировали: «Для расиста нет безопасного места!»  И не только скандировали.  Одни протестовавшие напали на студентов, которые шли на встречу с Яннопулосом; шестеро были ранены. Другие протестовавшие  разьивали витрины магазинов и поджигали машины. Ущерб, как сообщила  администрация университета, превысил 100 тысяч долларов.  Встреча с Яннопулосом была сорвана.

Спустя три месяца, 27 апреля,  не состоялась встреча студентов Беркли с консервативной журналисткой Энн Коултер. «Мы не в состоянии гарантировать ей безопасность», — объявила алминистрация университета.

Грустно признать, но на наших глазах место рождения  ‘Движения за свободу речи’  превращается в кладбище свободы слова в университетских кампусах», — так  реагировала в письме руководителям Калифорнийского университета в Беркли Хармит Диллон, представляющая интересы студентов-республиканцев этого университета.

Да, действительно,  университеты превращаются в кладбище свободы слова для тех, кто не разделяет идеологию американских левых, и тем самым американские университеты начинают напоминать университеты фашистской Германии, где была принятиа лишь одна идеология — национал-социалистическая.  Ошибается, однако, тот, кто полагает, что в американских   ВУЗах затыкают рты только республиканцам, либератарианцам, консерваторам. Затыкают рты всем неугодным. В том числе и либералам.

Кто до недавних дней знал об Эвергрин-колледже в городе Олимпия, что в штиате Вашингтон?  Сегодня о нем знает вся страна — в связи с судьбой  Брета Вайнстайна, профессора биологии этого колледжа.

Брет Вайнстайн — демократ, либеральный демократ, называет себя «прогрессистом»,  голосовал за Берни Сандерса, публично поддержал движение «Захвати  Уолл-стрит!»… То есть он — типичный американский профессор в рядовом американском университете.  Мог бы, наверное, идти во главе  демонстрантов, протестующих против выступлений консерваторов. Да и Эвергрин-полледж — ультралиберальное учебное заведение. Лишь один пример:  каждое официальное событие здесь начинается с извинения перед индейцами за то, что колледж находится на земле, «украденной» у них.

Вот уже несколько лет в колледже ежегодно проводится   «День Отсутствия» («Day of Absence»).  В такой день какая-то определенная группа  должна отсутствовать в учебных аудиториях, в библиотеках, в лабораториях. В нынешнем году организаторы ежегодного дня решили, что в «День Отсутствия» в коллледже не место белым, всем без исключения белым, поскольку белые не дают возможности небелым обсуждать волнующие их вопросы.  Белый профессор Вайнстайн справедливо решил, что такой «День Отсутствия»  есть ничто иное как проявление предубеждения к какой-либо расе.  Он обратился с открытым письмом ко всем белым с предложением игнорировать предстоящий «День Отсутствия». Догадывался ли профессор, что за этим последует? Если бы догадывался, то, возможно, не решился бы протестовать. Университетское начальство и коллеги Вайнстайна поддержали  не его, а организаторов «Дня Отсутсвия белых».  Пришлось профессору  читать лекции в соседнем парке, но и туда являлись хулиганы. Полиция объявила, что у нее нет возможности защитить его.

Не  напоминают ли студенты-леваки Эвергрин-колледжа  чернорубашечников  Бенито Муссолини и  коричневорубашечников Эрнста Рема?  Запугать недовольных,  сломить их дух,  подавить мысль о сопротивлении —  такую  цель преследовали итальянские и немецкие фашисты. Такую же цель преследуют либеральные фашисты в Эвергрин-колледже и других высших учебных заведениях.  Университетскому начальству  часто не удается противостоять им, а, как показывает  история с профссором Вайнстайном,  оно принимает сторону бандитов.

У либерального фашизма в  США глубокие корни.  Более глубокие, как свидетельствует  Джона Голдберг в книге «Либеральный фашизм», чем в Италии и Германии.  Фашистская партия пришла к власти в Италии в начале 20-х годов прошлого века. А вот что происхдило в Соединенных Штатах  после вступления страны в Первую мировую войну в 1917-м.  Президент Вудро Вильсон создал Совет военной промышленности (War Industries Board), чтобы захватить контроль над частными компаниями. Муссолини последовал примеру Вильсона в конце 20-х годов, Гитлер — в середине 30-х…  Вильсон создал государственный пропаганистский орган — Комитет общественной информации (Committee on Public Information)  за полтора десятилетия  до создания в нацисткой Германии  министерства пропаганды, которое возглавил Геббельс…  В общественных (public) школах стали обязательными «патриотические» дисципины…  И Конгресс принял — по настоянию президента Вильсона —  законы, позволяющие депортировать из страны «непатриотично настроенных»иммигранов.  Еще один закон запретил публикацию  какой-либо критики правительтства.  Появилась возможность заткнуть рот  каждому недовольному…

Об этом не грех вспомнить сегодня, чтобы не заблуждаться в отношении демократии в нашей стране. То, что было возможно сто лет назад, может  — в той или иной степени — повториться.

Живи сегодня Йозеф Геббельс, он гордился бы Демократической партией, создавшей грандиозную пропагандистскую машину», — заявил в 2011 году в разгар обамовского правления афроамериканец  Аллен Уэст, в то время конгрессмен-республиканец из Флориды.

Либеральные фашисты в американских университетах в абсолютном большинстиве сторонники кандидатов Демократической партии. Их мишенью становятся, как правило, лекторы, приглашенные студентами-республиканцами.  Шон Хэннити прав: в эпоху президента Трампа ситуация ухудшилась.  Либеральные фашисты до сих пор не могут прийти в себя после его победы.   http://www.gazettco.com/liberalnye-fashisty-nastupayut/

Охота на ведьм, дубль два - relevant
Кадр из фильма Франсуа Трюффо "451 градус по Фаренгейту"
Алла Борисова. Охота на ведьм, дубль два
Мне тут попались результаты одного интересного опроса, который провели в США в середине июня исследователи Pew Research Center среди 2504 взрослых людей.
Он немножко напоминает опрoс демократов и республиканцев по поводу отношения к прессе, но исследователи пошли дальше – и решили выяснить отношение американских граждан к высшему образованию. Казалось бы, какие тут могут быть вопросы?  Ну, не одним же только физическим трудом (крайне важным и нужным) можно обеспечить общественное благополучие?
Оказалось, что огромное количество респондентов думают именно так. Посмотрите.
58% опрошенных республиканцев (большинство) ответили, что колледжи и университеты наносят вред Америке. И лишь 36% считают, что их влияние позитивно. Среди демократов о позитивном эффекте говорят 72%. В целом, всего лишь 55% опрошенных считают, что университеты и колледжи влияют положительно на страну. Ну и вполне предсказуемо 85% американских республиканцев уверены, что пресса  на общество влияет плохо.
Не то, чтобы эти результаты повергли меня в шок. Нет, закаленные в последние годы постоянных нападок на российские университеты (например, Европейский университет в Санкт-Петербурге), на студентов, выходящих на площадь во все времена ( вот и сейчас) и на российскую прессу, — ничему, конечно, не удивятся. Да и законодатели и некоторые министры в Израиле в последнее время демонстрирует поползновения навязать и СМИ, и университетам, и театрам свою повестку, «уберечь» умы читателей, зрителей и студентов от неправильных, по мнению некоторых, идей. Независимость прессы, университетов, деятелей культуры, та самая независимость, которая  должна стать гарантом в обществе, оберегом от того, что государство не скатится к диктатуре и единомыслию, оказывается, для многих никакая не ценность. Ее боятся, ведь от «этих леваков» всего можно ожидать.  Да, в России Путин, в Израиле почти несменяемый Биби, но, кто знает… Надо бдить.
А вот образ демократической Америки очень не вяжется в моем сознании с этим подходом грибоедовского Скалозуба. «Уж коли зло пресечь, собрать бы книги все, да сжечь!» Иллюзии, видимо, владели не только мной, именно поэтому реакция многих образованных людей в Америке на приход к власти Трампа и его команды был таким непреходящим до сегодняшнего дня шоком. Как и приведенные выше цифры. Недавно я спросила журналистку Машу Гессен, которая приехала по делам из США в Израиль, есть ли в ее среде ощущение, что импичмент в связи с многочисленными скандалами и расследованиями возможен.  Она ответила так: «Это разговор не о политике, а о воображении. Люди в моем окружении вообще не верили, что Трамп возможен. Они говорили: «Этого не может быть». Потом они говорили: «Ну, они что-нибудь придумают…»  Что-то мне это напомнило, кстати. Какую-то известную страницу мировой истории.
«Сейчас они надеются на импичмент, — продолжала Маша Гессен. — Но ничто не предвещает того, что республиканцы в Конгрессе будут это инициировать. Этим и не пахнет – им же надо убедить избирателя голосовать за них на следующих выборах».
Образ сжигаемых книг, конечно, из разряда вечных. Вспомним Брэдбери и его знаменитую антиутопию. Но побывав когда-то в одной из крупнейших в США университетских библиотек (в штате Иллинойс), я никак не могла подумать, что этот подход так близок американскому налогоплательщику. Не всякому, конечно, но процент великоват. Если, конечно, доверять опросам. По-моему, с момента «охоты на ведьм» в Америке не было столь душной атмосферы. Кстати, параллели с салемскими процессами и атмосферой тех лет в Америке провел в 1953 году американский драматург  Артур Миллер в пьесе «Тяжкое испытание».
Охота на ведьм, дубль два - relevantИрвин Шоу (слева). Фото: архив
Иллюстрацией той атмосферы для меня всегда была история одного из моих любимых писателей Ирвина Шоу. Он не так знаменит, как другие «жертвы», например, Альберт Эйнштейн, Артур Миллер или Чарли Чаплин. Однако история его довольно показательна. Попав в «черный список Голливуда» в 50-е годы, он, как и многие другие, вынужден был уехать в Европу, где и прожил 25 лет. «Растревоженный эфир» — так назывался его роман, вышедший в 1951 году об эпохе, известной  в истории под названием «маккартизм» . Кстати именно он, этот американский романист и в каком-то смысле «диссидент»  написал одну из первых книг об Израиле. Мог ли он подумать, что ненавидимая им атмосфера «охоты на ведьм» станет реальной на новом витке.
Итак, чуть меньше половины американцев считают, что университеты – это зло. Интересно, какие цифры мы бы увидели в Израиле. «Умные нам не надобны. Надобны верные». «Грамотный? На кол тебя! Стишки пишешь? На кол! Таблицы знаешь? На кол, слишком много знаешь!» Братья Стругацкие тоже стали актуальны как никогда. На обоих полушариях.  
http://relevantinfo.co.il/ohota-na-vedm/
Tags: Аналитика и публицистика, Искусство и культура, История, Современность и политика, евреи и Израиль
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments