Давид (bolivar_s) wrote,
Давид
bolivar_s

Привычки знаменитостей (3 статьи)

Жил один рассеянный

Жил один рассеянный
Знаменитый физик и математик Андре-Мари Ампер, создатель теории электромагнетизма и изобретатель гальванометра, прославился еще и своими многочисленными странностями.

Рассеянность великого ученого часто делала его героем городских анекдотов. Однажды по дороге в университет Ампер подобрал заинтересовавший его камень и начал внимательно рассматривать его. При этом ученый помнил, что ему предстоит читать лекцию. Он взглянул на брегет, с которым никогда не расставался, а затем... положил камень в карман, а брегет швырнул в Сену.

На лекциях Ампер нередко вытирал доску собственным платком, а в карман прятал запачканную мелом тряпку.


Его легковерие сделалось пословицей. Ученого с мировым именем заставляли верить самым нелепым вещам. Но легковерие Ампера было плодом развитого воображения и гениальности. Услыхав о каком-нибудь необыкновенном опыте, он сперва удивлялся, а потом его проницательный и обширный ум начинал провидеть возможность там, где рядовые умы находили один хаос и бессмыслицу; он не переставал думать и, наконец, доходил до того, что невозможное подводил под общие правила науки.

Каждого гостя Ампер спрашивал, не играет ли он в шахматы. Получив утвердительный ответ, хозяин тотчас сажал посетителя за шахматную доску и играл с ним по целым часам. Но выиграть у него мог даже самый слабый игрок. Попав в отчаянное положение, нужно было лишь решительно возвестить какую-нибудь научную ересь: что хлор есть соляная окисленная кислота; что объяснение свойств магнита электрическим током есть сущая химера и тому подобное. Эти слова приводили Ампера в такое возбуждение, что он проигрывал верную партию.

Мысли его были постоянно заняты научными проблемами. Прогуливаясь как-то по улицам, Ампер начал писать мелом математическую формулу прямо на омнибусе, который как раз подъехал к остановке. Через несколько секунд омнибус отправился дальше, так что дописать формулу ученому не удалось.

Но под конец жизни Ампер почувствовал отвращение к чтению и ученым занятиям. По желанию Ампера, на гробе его была начертана эпитафия:

Tandem felix! (Наконец счастлив!)
Ссылка на историю http://zaist.ru/~8uUTf

Дела и забавы Прокофия Акинфиевича Демидова

Дела и забавы Прокофия Акинфиевича Демидова
Прокофий Акинфиевич Демидов принадлежал к пятому поколению знаменитой династии промышленников. Владея огромными богатствами, он мало уделял внимания управлению своими заводами, которые и так исправно приносили огромный доход. Но уж зато, если брался за дела, то вел их с размахом. Однажды, обидевшись на английских купцов, он скупил всю пеньку, которую те вывозили из России, и заставил англичан покупать её по очень высокой цене.

Проживая большей частью в Москве, он удивлял москвичей своими чудачествами и дорогостоящими затеями. Чудить на каждом шагу стало его повседневной привычкой.

Толпы жителей собирались в полдень на Басманной улице, перед домом «куриозника», чтобы увидеть необычный выезд Демидова. И вот, распахивались ворота его усадьбы и появлялся экипаж — возок ярко-оранжевого цвета, влекомый шестёркой лошадей, запряжённых цугом. Первая и третья пары были малорослые, лохматые крестьянские клячи, а вторая — высокие чистокровные скакуны. На одной из передних лошадей сидел карлик, а на другой — великан, чьи ноги волочились по земле.

Рядом с экипажем шли псари, ведшие собак различных пород — от крошечных мальтийских болонок до огромных английских догов. Одежда демидовских слуг тоже была примечательной: одна половина платья — шёлковая, расшитая золотом, другая — из рогожи; на одной ноге — башмак, на другой — лапоть; и все — люди, собаки, лошади — в очках.

Необыкновенным был и дом Прокофия Акинфиевича. Обшитый с крыши до самой земли железом от возможного пожара, он скрывал в своих стенах маленькие органчики, начинавшие играть по воле хозяина. В многочисленных комнатах, убранных с фантастической роскошью, бегала различная живность: зайцы, лисы, собаки; в клетках пели птицы, а в мраморных бассейнах плавали заморские рыбы. Но самой необычной достопримечательностью, которая приводила в страх и трепет каждого, кто отваживался переступить порог дома Демидова, был ручной орангутанг — любимец хозяина.


Дом П. А. Демидова. Садовый фасад. Фрагмент гравюры из книги академика П. С. Палласа (изд. 1781 г.)

И каких еще только чудачества не придумывал Прокофий Акинфиевич! То приглашал к себе тех, кто мог пролежать на спине, не двигаясь, целый год, то тех, кто мог не моргать в течение часа. Выигравшего щедро наделял деньгами, а проигравших лично прогонял взашей с криком: «Вон поди, негодяй, не берись не за своё дело!»

Особое пристрастие Демидов питал к цветам и пчеловодству: в Москве он разбил великолепный ботанический сад, а в 1765 году написал трактат «Об уходе за пчёлами».

Коротко знакомый со многими вельможами, Прокофий Акинфиевич охотно ссужал своих приятелей значительными суммами денег, но при этом всегда на каких-нибудь курьёзных условиях.


Дом Прокофия Демидова (ныне Президиум Российской Академии наук)

Впрочем, он был усердный жертвователь на благие дела — и без всяких условий. Во время первой турецкой войны ссудил русскому правительству на военные нужды 4.000.000 рублей. Крупные суммы отпускал и на благотворительность: 1 107 000 рублей на устройство в Москве «Сиропитательного дома» с Коммерческим училищем; 20 000 рублей на учреждение при Петербургском воспитательном доме госпиталя для бедных родильниц; 10 000 рублей на покупку дома для Московского университета, и еще 20 000 рублей, на проценты с которых выдавались стипендии беднейшим из студентов; 5 000 рублей Главному народному училищу в Москве. В благодарность Московский университет занес имя Демидова на одну из досок в актовом зале в числе первых жертвователей, а университетское «Вольное Российское Собрание» избрало его в свои члены и приветствовало особой речью.


Воспитательный дом П.А. Демидова в Москве

Добродушный для гостей, Прокофий Акинфиевич со своими домашними обращался как семейный тиран. Разгневавшись на своих сыновей, воспитывавшихся в Гамбурге, он держал их почти в нищете, и только личный приказ государыни заставил его обеспечить каждого из них тысячью душ крепостных крестьян. В отместку, дабы лишить непослушных чад будущих доходов, Демидов поспешил продать купцу Яковлеву шесть своих чугуноплавильных заводов. И все-таки, полностью промотать свое состояние он не смог: после его смерти младшие Демидовы получили значительные капиталы, в общей сложности превышавшие три миллиона рублей.
Ссылка на историю http://zaist.ru/~BXfde

«Московский Сократ» (Николай Фёдоров)

«Московский Сократ» (Николай Фёдоров)
Николая Федоровича Федорова — основоположника русского космизма и оригинальной теории воскрешения мертвых — друзья прозвали «московским Сократом». В течение многих лет Федоров состоял библиотекарем Румянцевской библиотеки. Страстный библиограф и любитель книг, он знал на память все имеющиеся в библиотеке книги, и их место на полках.

В начале 1890-х годов Румянцевскую библиотеку посетила группа инженеров, отъезжавшая в Сибирь для проведения изыскательских работ на Транссибе. Федоров, взглянув на проект железной дороги, обнаружил на карте две ошибки: в одном случае была неправильно указана высота горы, а в другом — упущена мелкая речушка.

Федоров жил напряженной духовной жизнью. Он всецело посвятил себя науке и свел до минимума свои материальные потребности. Он занимал крошечную комнату и спал не более четырех-пяти часов в сутки на непокрытом горбатом сундуке, подкладывая под голову вместо подушки что-нибудь твердое.

Его пища состояла из чая с черствыми булочками, сыра или соленой рыбы. Часто месяцами Федоров не употреблял горячую пищу. Деньги были для него помехой. Получая незначительное жалованье, он отказывался от всякого повышения. Более того, значительную часть жалованья Федоров ежемесячно раздавал бедным студентам. Он не хотел владеть каким-либо имуществом и никогда не имел даже теплого пальто.

Славу и популярность Федоров считал проявлениями бесстыдства. Все его статьи печатались под псевдонимом.


Три философа (Федоров Н.Ф., Соловьев Вл.С. и Толстой Л.Н.). Рис. Пастернак Л.О.

Федоров не хотел фотографироваться или оставить потомкам свой портрет. В этом еще раз проявилась его скромность. Чтобы запечатлеть образ Федорова, друзьям пришлось прибегнуть к хитрости. Известный художник Леонид Пастернак (отец поэта) заходил в Румянцевскую библиотеку и, обложив себя книгами, принимал вид читающего. Время от времени он бросал взгляд на Федорова и таким образом нарисовал его портрет.

Всю жизнь Федоров обладал превосходным здоровьем. Он заболел только тогда, когда по настоянию друзей отказался от своих привычек. Федоров никогда не носил шубу и всегда ходил пешком. Однако в 1903 году в жестокий декабрьский мороз друзья уговорили его надеть шубу и поехать в экипаже. Федоров заболел воспалением легких и скончался.

Его пример учит нас быть верными самим себе.
Ссылка на историю http://zaist.ru/~EVExR
Tags: Биографии, Искусство и культура, История
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments