Давид (bolivar_s) wrote,
Давид
bolivar_s

Categories:

"Олим для склад" (3 статьи)

О дискриминации пожилых репатриантов, живущих на съемном жилье.
za-lyudmi-preklonogo-vozrasta-budut-uhazhivat-za-schet-gosudarstva
Пожилые израильтяне
Фото:

По данным министерства алии и интеграции в настоящее время на съемном жилье живет около 66 000 пожилых репатриантов, выходцев из бывшего СССР (около 55 000 семей).
Большинство из них живут ниже черты бедности и получают поддержку в аренде жилья в размере 880 шекелей для одиночки и 1300-1400 шекелей для семейной пары. Очередники министерства строительства: многодетные семьи и инвалиды колясочники получают дотацию на аренду жилья в размере 3000-4000 шекелей. Это различие в размере материальной помощи на аренду жилья является одним из проявлений дискриминации по отношению к репатриантам-пенсионерам.

Другим видом дискриминации пожилых репатриантов, живущих на съемном жилье, является полное игнорирование министерством строительства наличия очереди на получение социального жилья в министерстве алии и интеграции.  Чиновники министерства строительства вводят правительство, кнессет и общественность страны в заблуждение, утверждая, что количество очередников, нуждающихся в получении социального жилья, не превышает 2500-3000 семей. Верно, что такое количество очередников числится в списках министерства строительства. В то же время в очереди на социальное жилье министерства алии и интеграции зарегистрировано более 25 тысяч семей репатриантов.
Еще одним видом дискриминации репатриантов, стоящих в очереди на социальное жилье в министерстве алии и интеграции, является крайне несправедливое распределение социального жилья, предназначенного для заселения очередниками двух министерств — министерства строительства и министерства алии и интеграции.  При 10-кратном соотношении численности очередников жилье между ними распределяется в соотношении 50:50.
Четвертым видом дискриминации пожилых репатриантов, стоящих в очереди на социальное жилье в министерстве алии и интеграции, является огромная разница во времени ожидания социального жилья. Очередники министерства строительства получают социальное жилье в течение 3-4 лет, тогда как очередники министерства алии и интеграции ждут его 15-20 лет. Часть из них уходит из жизни, так и не дождавшись постоянной крыши над головой.
Пятым видом дискриминации и полного пренебрежения интересами пожилых репатриантов является массовая распродажа фонда социального жилья, который насчитывал несколько лет назад более 100 тысяч квартир.  Если бы не было этой распродажи, то все семьи репатриантов, стоящих в очереди на социальное жилье в министерстве алии и интеграции, могли бы уже получить его и жить безбедно.
Шестым видом дискриминации является тот факт, что государство, взяв на себя оплату 90% аренды жилья в хостелях и 80% аренды жилья в микбацей диюр, оказывают помощь на аренду жилья многим пожилым репатриантам в размере не более 30%. Это приводит к тому, что репатрианты вынуждены покрывать основную часть арендной платы (до 70 %) из своего пособия по старости. Как показало исследование института «Брукдейл», выполненного по заказу министерства алии и интеграции в 2013 году, у многих пожилых репатриантов после оплаты за аренду жилья остается на все остальные расходы не более 500 шекелей в месяц (включая расходы на покупку продуктов питания).
Чтобы добиться достойных условий жизни для пожилых репатриантов, живущих на съемном жилье, необходимо покончить со всеми видами дискриминации, о которых шла речь выше.
Александр Берман и Абрам Шарнопольский, Движение «Хазит ха-кавод»  https://cursorinfo.co.il/blogs/o-diskriminatsii-pozhilyh-repatriantov-zhivushhih-na-semnom-zhile/                                                                         
                                                                                                                                                                                                                                              Алина из Реховота просит воров вернуть фотографии родственников - жертв Холокоста
Воры вынесли из квартиры Алины Шарф старые фотографии родственников, часть которых погибла в Холокосте. Семья просит о помощи в поиске самого старого и дорогого их сердцу снимка
Авигайль Кедем, mynet
Алина Шарф с портретами родных. Фото: Ави МуалемАлина Шарф с портретами родных. Фото: Ави Муалем.
Квартирная кража всегда неприятна, но когда воры уносят из дома памятные вещи - это настоящий удар по семье. Забравшись в дом Алины Шарф в Реховоте, воры прихватили семейные фотографии, сделанные более 100 лет назад. Часть из них потрясенная хозяйка нашла брошенными во дворе. Но самый старый снимок - прапрадеда Алины - до сих пор не найден.
Алина Шарф с мужем Давидом живет в Реховоте, в скромном, но ухоженном доме. Алина - специалист по альтернативной медицине и большую
часть времени работает на дому. Поэтому супруги никак не ожидали, что воры заберутся именно в их жилье. Но, видимо, те полагали, что в квартире надомницы должно быть много наличности. Они дождались редкого случая, когда оба супруга отсутствовали дома целый день, и обокрали жилище.
Вернувшись, супруги поначалу не могли попасть к себе домой, потому что воры перед уходом заперли верхний замок, чего Алина никогда не делала.
Когда же хозяйка зашла в квартиру, то увидела, что там все перевернуто вверх дном. Воры искали ценности даже в аквариуме, не говоря уже о том, что открыли все выдвижные ящики и перерыли всю одежду. Но Алина не хранит наличность дома и не коллекционирует ювелирные изделия, так что ничем, кроме часов и пары колец, они поживиться не смогли.
На следующий день Алина проверила ящики со столовым серебром. Его не украли, зато пропали старые семейные фотографии. Смысла в их краже нет никакого: есть очень немного коллекционеров старинных фотографий, все они на виду, так что риск попасться при продаже им краденого очень высок.
Некоторым из фотографий было 140 лет, и они отражают историю семьи Алины. Изображенные на них люди пережили революцию и Гражданскую войну, погромы и мировые войны, и многие из них погибли в Катастрофе.
Прабабушка Клара с мужем, снимок 1936 годаПрабабушка Клара с мужем, снимок 1936 года.
Фотографии ретушированы, многие из них – невысокой четкости и качества. На одной изображены кузены и кузины, убитые гитлеровцами. На другой – погибшая во время Холокоста прабабушка. Нацисты вошли в ее дом, когда она держала на руках малыша. Они арестовали ее мужа, затем вырвали малыша из рук матери и убили его об угол стола. Позже прабабушку и прадеда Алины расстреляли на городской площади. Эта фотография – единственное, что от них осталось.
Шарф рассказала, что большая часть семьи жила на Украине. Некоторые родственники во время войны успели спастись, эвакуировавшись в Узбекистан. Часть семьи, как уже сказано, погибла от рук нацистов. Бабушка Алины работала медсестрой в советском полевом госпитале, ухаживала за ранеными.
Когда Алина обнаружила пропажу фотографий, то первым делом отправилась в субботу с мужем на блошиный рынок - в надежде отыскать снимки. Подав жалобу в полицию, они стали искать фотографии по всей улице - в кустах и мусорных баках, но не смогли ничего найти. Тогда Алина разместила пост в фейсбуке с просьбой о помощи, пообещав денежную премию тому, кто поможет найти старые снимки.
В следующую субботу Алина с мужем вновь стали искать возле дома. И нашли фотографии, завернутые в простыню, взятую из их дома. Алина до сих пор не знает, пропустила ли она этот сверток при поисках ранее или же вор прочитал пост в фейсбуке и подбросил фотографии, не представляющие для него ценности.
В свертке оказались все фотографии, кроме одной. Это – самый старый снимок, на котором изображен ее прапрадед. Снимок был отпечатан на картоне в конце XIX века, и прапрадед в то время был еще ребенком. Он пережил революцию 1905 года и был призван на фронт Первой мировой войны, откуда не вернулся. От него осталась только эта фотография.
Старые фотографии - единственная память о людях, погибших во время войн, революции и Холокоста. Это часть семейной истории самой Алины, но также бесценный фрагмент истории восточноевропейского еврейства. Алина все еще надеется, что последняя фотография найдется, что она не порвалась и не испортилась в чужих равнодушных руках.
К сожалению, Алина не сделала копий снимков. Она обращается к ворам и к общественности с просьбой: если фотография прапрадеда найдется, обращаться с ней бережно и вернуть в любящие руки семьи.
Подробности на иврите читайте здесь https://www.vesty.co.il/articles/0,7340,L-5396400,00.html                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                               
                                                                                                                      "Меня обзывали вонючей русской": откровения известной израильской актрисы и топ-модели.
Инна Бакельман рассказывает, как победила страхи детства и через много лет вновь заговорила на родном языке с главной сцены Израиля
Йоав Биренберг и Вести
Инна Бакельман. Фото: Анат МосбергИнна Бакельман. Фото: Анат Мосберг.
Инна Бакельман признается, что до 18 лет не сказала ни слова по-русски за пределами дома своих родителей. Сегодня она дебютирует на главной театральной сцене страны – в театре "Габима", где ее героиня из спектакля "За оградой" по мотивам рассказа Хаима Нахмана Бялика говорит на том самом языке, который так пугал Инну в детстве.
Инна Бакельман вспоминает, что когда родители звонили ей, она отходила подальше, чтобы никто из окружающих не подумал, будто она "говорит иначе".
"Я не хотела, чтобы меня считали русской. Меня пугали стереотипы, распространенные в обществе, - говорит она. – Я чувствовала себя частью большой алии из бывшего СССР, но меня пугала эта причастность. Мне хотелось быть израильтянкой, быть как все".
По словам Инны, которую родители привезли в Израиль из Санкт-Петербурга, когда ей едва исполнился год, ей пришлось наслушаться всякого про "русских". Ее, как и других детей репатриантов, обзывали и "вонючей русской", и "русской потаскухой". Ее, школьницу, которая и слово боялась произнести на родном языке. Возможно, именно поэтому.
Фото: Рафи ДaлуйяФото: Рафи Дaлуйя.
Страхи, как поясняет Инна, прошли к 18 годам. "Видимо, требуется время, чтобы заполнить вакуум между желаемым и действительным. С другой стороны, и это я сегодня отчетливо понимаю, именно все пережитое позволило мне понять себя и стать кем, кто я есть на самом деле", - поясняет актриса.
В спектакле "За оградой" рассказывается о любви еврейского мальчика Ноя (Ноаха) и крестьянской девочки Маринки, которую и играет Инна Бакельман.
"Когда мне предложили эту роль, я поняла, что, возможно, мне придется вставлять какие-то слова на русском языке, но я не знала, что придется
произносить целые монологи", - рассказывает Бакельман.
"Для меня это было непростое испытание. Вы понимаете, что русский у меня на уровне первоклассника. Я все понимаю вроде бы, но пишу и читаю с трудом. А тут, поймите, надо говорить на очень высоком русском, на поэтическом языке Бялика. Думала, что не справлюсь. Но меня успокоила мама, сказав, что я очень даже неплохо справляюсь", - сказала Инна.
Партнер Инны по спектаклю Галь Гольдштейн, который играет Ноя, говорит на иврите. Сплетение языков, по замыслу режиссера Моше Кептена, позволяет "более глубоко прочувствовать время и место событий".
"Мои родители безумно рады видеть меня на сцене в этой роли, - говорит Инна. – Для меня эта работа – своего рода возвращение к корням".
В сериале В сериале "ТААГАД". Фото: Рафи Далуйя.
Для 29-летней выпускницы студии Йорама Левинштейна роль Маринки стала первой большой театральной работой. Но многие израильтяне помнят ее по ролям в популярных израильских телесериалах, в том числе "ТААГАД" (תאג"ד - תחנת איסוף גדודית), который по-русски обычно называют "Медсанчать Таагад-33", а также по реалити-шоу "Исардут" (הישרדות), израильского аналога Survivor. Она также сыграла в фильме "Не верю, я – робот?!".
В сериале "Малхут" (מלכות) Инна сыграла роль "русской", точно выстроенную по израильским стереотипам: падшая, обездоленная, неприкаянная. Впрочем, сама актриса ранее говорила, что передает трагизм своего персонажа, оставляя все остальное на совести авторов.
Девочка из Ган-Явне
После репатриации родители Инны - мама Лена и папа Яков (оба они инженеры) - поселились в Йегуде, потом переехали в Ган-Явне, здесь она закончила школу. Мечтала стать журналистом, была редактором школьной газеты и даже подала документы на журфак. Но передумала и стала актрисой, параллельно делая карьеру в модельном бизнесе.
В 15 лет она приняла участие в городском конкурсе красоты. Организаторы, среди которых были две известные модельные компании, обратили внимание на Инну и предложили ей контракт. Родители против не были.
Так это и началось. С перерывом на службу в ЦАХАЛе.
Добавим, что у Инны есть два брата – один старше нее, другой младше, ему 19. https://www.vesty.co.il/articles/0,7340,L-5392693,00.html 
Tags: Современность и политика, евреи и Израиль
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments