Давид (bolivar_s) wrote,
Давид
bolivar_s

Category:

Деяния Никиты-чудотворца. Части 5,6

Деяния Никиты-чудотворца. Часть 5. Чао, Албания

Среди стратегических последствий хрущевской политики следует назвать ликвидацию военного присутствия СССР почти во всех странах балканского региона — участницах Варшавского договора. И это случилось ещё до отставки Хрущёва. И дело не только в небезызвестных антисталинских решениях XX и XXII съездов КПСС, кулуарно или публично отвергнутых этими странами. Но и в бесцеремонных попытках хрущёвского руководства навязать свою внешнеполитическую линию балканским странам.

Так или иначе, но ещё на рубеже 50-х и 60-х годов военно-политические позиции СССР на Балканах существенно ослабли. В противовес росту влияния США и НАТО в тех же странах. Процесс начался с Албании. С 1955 года СССР обладал фактически экстерриториальными правами на военно-морскую базу около порта Влёра, что вблизи Греции и Италии, отделенной от неё узким 60-километровым Отрантским проливом. Эта база позволяла контролировать морские коммуникации НАТО в Адриатике, в Центральном и Восточном Средиземноморье.
Сегодня в албанской Влёре — только ржавые подводные лодки


Право пользоваться Влёрским портом и его акваторией СССР получил ещё в 1950 году, в связи с планами Югославии и Греции разделить между собой дружественную СССР Албанию. Одновременно под советским наблюдением из Влёры фактически были и порты титовской Югославии. Необходимость такого контроля была вызвана тем, что уже в 1951 году Югославия заключила бессрочный договор с США «Об обеспечении безопасности». Нельзя забывать, что договор действовал вплоть до распада СФРЮ, и в частности, разрешал американским ВВС и ВМС без ограничений «посещать» воздушное пространство и морские порты Югославии.

Казалось бы, Влёрскую базу Москве следовало беречь несмотря ни на что. Но увы, Хрущев и его идейные соратники решили потребовать от Тираны безоговорочного подчинения антисталинской политике Москвы. Параллельно с этим Албании навязывалась роль сугубо сырьевого придатка СССР и других стран Варшавского Договора.

В ходе посещения Албании в мае 1959 г., Хрущёв в назидательных выражениях поучал Энвера Ходжу: «Чего вы надрываетесь, строя индустриальные предприятия? Сталин видел Албанию как миниатюрную копию СССР в плане промышленности и энергетики, но это лишнее: всё что Албании в этом плане нужно, вам поставим мы и другие страны. Курорты, цитрусовые, оливки, бахчевые, чай, нефть, руды цветных металлов — на этом надо сосредоточиться вашей экономике и вашему экспорту».

Деяния Никиты-чудотворца. Часть 5. Чао, Албания

Индустриализация Албании была явно не по нраву Хрущёву

Тогда же Хрущев отказал Албании и в новых льготных кредитах на индустриализацию, посоветовав Тиране пересмотреть внутри- и внешнеэкономическую политику: «Тогда и сможете получить новые кредиты на прежних условиях». В то же время Никита Сергеевич предложил трансформировать не только Влёрскую базу, но и прилегающий к ней район в подобие британского Гибралтара или экстерриториальной Окинавы в Японии — острова до предела «напичканного» военными объектами США. СССР даже предлагал Албании солидную компенсацию, но Энвер Ходжа ответил отказом.

Хрущева явно раздражало и то, что, как он говорил Ходже: «У вас перебор с памятниками Сталину, проспектами, предприятиями его имени, да еще и город Сталин. Вы, значит, против решений XX съезда нашей партии? Тогда прямо так и заявите, а мы тогда подумаем, как быть дальше».

Первый секретарь партийного ЦК апеллировал и к тому, что на XXI съезде КПСС в феврале 1959 года Энвер Ходжа, вопреки ожиданиям, в своём выступлении не стал выражать прямого несогласия с теми решениями, но теперь фактически стал проявлять идеологический сепаратизм. Однако надо учитывать, что в тот период Тирана ещё не была уверена в поддержке Албании со стороны КНР. Зато уже в марте 1959-го при встрече албанских лидеров Энвера Ходжи и Мехмета Шеху с Мао Цзэдуном и Чжоу Эньлаем в Пекине последние заверили албанцев, что КНР будет оказывать всевозможную поддержку Албании.
Крепкий албано-китайский союз просуществовал до 1977 года включительно…

Что же касается самой Влёрской базы, там в конце 1950-х находилась бригада из 12 советских подлодок, вполне современных по тому времени. Отсюда, во время Суэцкого кризиса, планировался удар по британским и французским войскам в октябре-ноябре 1956-го в случае захвата ими Каира или Александрии. И именно с Влёры намечалась советская военная помощь Сирии осенью 1957-го в случае вторжения туда Турции.

В то же время в Тиране не удалась ни одна из инспирированных Хрущёвым попыток смены албанского руководства на рубеже 1960 и 1961 годов. Серия пленумов ЦК албанской партии труда оказалась провальной для советского лидера. Вдобавок, И. Б. Тито, новый друг Хрущева, отказался поддержать советский план организации воздушного десанта в Тирану через Югославию.

При этом стать «первым» в такой операции предлагалось Белграду, что наверняка бы спровоцировало военные столкновения на границе с Албанией. И уже после этого, чтобы укрепить южный фланг Варшавского договора, СССР и предпримет подготовленную соратниками Хрущёва из спецслужб «операцию по защите Албании». Одновременно с этим планировалась и блокада албанского побережья советскими военными кораблями, базирующимися во Влёре.

Югославия уже по фактору политической географии была заинтересована в развитии албанско-советских противоречий. Поэтому расчёт Хрущева на то, что его дружба с маршалом Тито на почве отъявленного антисталинизма будет для того важнее всего остального, не оправдался. Как бы то ни было, Иосип Броз Тито не оправдал надежд Хрущёва на то, что для них одинаково важно откровенное неприятие сталинистской Албании. Хуже того: детали советского плана из Белграда оперативно сообщили Тиране. А Энвер Ходжа отблагодарил И. Б. Тито короткой телеграммой: «Благодарю Вас, маршал, за порядочность».

Ситуация с албанской базой в итоге закончилась конфликтом Албании с СССР. Осенью 1961 г. последовала срочная эвакуация Влёры. К тому времени, точнее, с июня 1961 г., территорию базы уже блокировали албанские войска и спецслужбы. Четыре советские подлодки, находившиеся на ремонте в портах Влёра и Дуррес, были захвачены албанцами тем же летом.

Столь смелые действия Тираны были обусловлены не только упомянутой позицией Югославии и тем, что КНР к тому времени уже изъявила готовность помочь Албании в случае её прямого конфликта с СССР. Это произошло во время визита премьера КНР Чжоу Эньлая в Тирану в мае 1961 г. В соседних странах НАТО, Греции и Италии, тоже были заинтересованы в удалении советской военной базы из Влёры, а точнее, в «уходе» Албании из-под военно-политического влияния Москвы. Потому в ряде западных СМИ в тот период чуть ли не восхищались «маленькой Албанией, осмелившейся по-сталински бросить перчатку Москве».

Чжоу Эньлай и Энвер Ходжа

В свою очередь, маршал Тито посоветовал Хрущёву с учетом упомянутых факторов всё-таки уступить Энверу Ходже по вопросу о Влёрской базе. Оно и понятно: сохранение советского военного присутствия в Албании было отнюдь не в интересах Югославии. Вот как СССР лишился важнейшего форпоста в Адриатике и целом в Средиземноморье.

При этом в Москве почему-то весьма опрометчиво рассчитывали, что Югославия может и чуть ли не должна стать некоей заменой Албании. И всё это только благодаря, повторим, доверительным личным отношениям Хрущёва с Тито. Хотя прозрачные «намёки», сделанные советским лидером в адрес маршала в июне 1956-го в Москве насчёт возможности использования советским ВМФ каких-либо адриатических баз в Югославии так и остались без ответа.

Зондаж министром обороны СССР маршалом Г. К. Жуковым тот же вопроса в ходе его визита в Югославию в октябре 1957 г., увы, тоже потерпел фиаско: «Мы пока не готовы рассматривать этот вопрос» – таков был ответ Тито (т.е. не только решать, но даже рассматривать). Новые попытки такого рода были предприняты в начале 60-х годов в ходе всё более частых встреч Хрущёва с Тито, но с тем же «успехом». Это было тем более неизбежным, так как Югославия уже была одним из лидеров подзабытого уже Движения неприсоединения, провозглашённого в 1961 году.

Между нами, маршалами: Иосип Броз Тито и Георгий Константинович Жуков

Ту же участь постигла и сделанное СССР в 1957 году предложение создать совместные военные или разведывательные объекты на бывших итальянских островах Палагружа или Ябука в центральной Адриатике. Их по настоянию СССР передали Югославии ещё в 1947 году, а само географическое положение этих островов открывало реальные возможности контроля за всей Адриатикой. Однако Белград и в этом вопросе отказал Москве.

Несмотря на то, что у маршала И. Б. Тито сложились вполне дружественные отношения и с новым советским лидером Л. И. Брежневым, Югославия так и не пересмотрела свою позицию по «базовым» идеологическим и экономическим вопросам. А следующими ударами по балканским форпостам СССР стали вынужденный уход советских войск из Румынии и почти полный повтор той же ситуации в Болгарии, случившийся на рубеже 50-х и 60-х годов.

Деяния Никиты-чудотворца. Часть 6. Варшавский договор без румын?

Вскоре после ХХ съезда КПСС стремление выйти из-под тотального контроля СССР проявилось в Румынии и даже в Болгарии – странах, относительно лояльности которых у Москвы не было никаких сомнений. Вскоре после того памятного партийного форума в Румынии взяли курс на «принуждение» Москвы к выводу советских войск из Румынии.

При этом в Бухаресте сразу решили опереться на поддержку в этом вопросе со стороны Пекина, Белграда и Тираны. Этому способствовали и неожиданно резкие обвинения со стороны лично Хрущёва в адрес румынского руководства насчёт «недостаточной» поддержки советских мероприятий по преодолению последствий культа личности.
Никита Хрущёв и Георге Георгиу-Деж в порту румынской Констанцы

Интересно, что после окончания Второй мировой войны в этих балканских странах вполне могли сохраниться монархические режимы. Конечно, в Болгарии такой сильный и популярный лидер, как Георгий Димитров, вряд ли смирился бы с юным Симеоном Саксен-Кобургским на троне, но для Румынии подобный сценарий был вполне вероятен. Нельзя забывать, что король Михай своевременно, ещё в августе 1944 года, покинул немецкого союзника, приказал арестовать диктатора Антонеску. В итоге красавец Михай даже получил советский орден Победы, пошёл на сотрудничество с коммунистами, а в Москве его вообще называли «королём-комсомольцем».

Однако с началом холодной войны СССР стал весьма последовательно помогать устанавливать во всех странах Восточной Европы власть местных коммунистов. В 1948 году и в Румынии руководящие посты в стране заняли члены Румынской компартии во главе с Георге Георгиу-Дежем. Именно он, «искренний друг» Советского Союза, в конце мая 1958 г. инициировал вывод советских войск из Румынии. Всё было сделано на основе соответствующего соглашения, подписанного в тот же день в Бухаресте.

Принципиально тогдашнее советское руководство смирилось с выводом войск прежде всего по экономическим причинам. Пребывание их за границей обходилось слишком дорого, а в лояльности румынского союзника, у Хрущёва не было сомнений, несмотря ни на что. Вывод войск был завершён уже к осени 1958 г., но с этого времени резко ускорилось ослабление военно-политических позиций СССР на Балканах и в целом в Юго-Восточной Европе.

Характерно, что до этого потерпели фиаско все попытки советских спецслужб сменить румынское руководство, а также спровоцировать трансильванских венгров-секеев на сепаратистские акции. И это при полной, во всяком случае официально декларируемой, уверенности в том, что румынский союзник до конца предан делу Ленина, уже без Сталина.

Деяния Никиты-чудотворца. Часть 6. Варшавский договор без румын?
На этой фотографии можно заметить уже и следующего румынского лидера — Николае Чаушеску (слева)

Напомним, что советская армия вступила в Румынию в марте 1944 г. в ходе военных действий и осталась там после подписания ею мирного договора с союзниками 10 февраля 1947 г. В тексте того договора особо отмечалось, что «войска СССР остаются в Румынии, чтобы осуществлять связь с советскими войсками на территории Австрии». Однако 15 мая 1955 года, то есть ещё до XX съезда КПСС, был подписан государственный договор с Австрией, и войска СССР, США, Великобритании и Франции вскоре покинули эту страну.

Поэтому советское военное присутствие в Румынии после мая 1955 года уже не имело под собой юридических оснований. Впрочем, Георгиу-Деж безуспешно отговаривал Хрущёва от поспешности с выводом войск из Австрии, полагая, что она вскоре окажется в орбите НАТО. Но известные события в СССР, а также неудавшаяся попытка переворота в Венгрии в 1956 году убедили румынское руководство, что вывод советских войск из Румынии – главная гарантия её суверенитета даже в рамках Варшавского договора.

Вдобавок в Бухаресте небезосновательно рассчитывали на то, что Москва не решится усугублять разногласия с Румынией в условиях, когда ухудшались взаимоотношения СССР с Албанией и Китаем. Необходимо учитывать, что в те же дни советскому руководству никак не удавалось вовлечь Югославию не только в Варшавский договор, но и в Совет экономической взаимопомощи.

Поэтому вскоре после XX съезда КПСС Георгиу-Деж решился на то, чтобы поставить вопрос о сроках вывода советских войск из Румынии. Советская же сторона поначалу вообще отказывалась обсуждать эту тему. В ответ Хрущёв, а с его подачи и партийные идеологи во главе с М.А. Сусловым и его ближайшим соратником Б.Н. Пономарёвым, возглавлявшим тогда в ЦК отдел по связям с зарубежными компартиями, стали обвинять Бухарест в «сепаратизме» и «стремлении дестабилизировать Варшавский договор». Румынские же власти, не вдаваясь в полемику по этим вопросам, апеллировали к упомянутым условиям мирного договора с Румынией 1947 года.

При этом среди мер давления на Бухарест использовалась и неафишируемая поддержка новой властью Венгрии националистического подполья трансильванских венгров-секеев. Секеи – часть венгерского этноса, живущего в Трансильвании, всегда являвшейся предметом территориальных споров Венгрии и Румынии, и поныне требуют широкой автономии. В качестве сверхзадачи они неизменно декларируют воссоединения региона с Венгрией.

Вскоре после венгерских событий 1956 г. румынская контрразведка устранила основные "точки" национального подполья в Трансильвании, выявив заодно и причастность Будапешта к их подготовке. В Румынии посчитали, что на это Венгрию простимулировали из Москвы. А параллельно возникли притеснения румынского нацменьшинства в болгарском секторе причерноморской Добруджи. В Бухаресте сочли всё это началом «коллективного» прессинга СССР на Румынию.

Ситуация изменилась уже в 1957 году, когда состоялась серия демонстративно торжественных визитов в Румынию правительственных делегаций из КНР, Югославии и Албании. Эти «соратники» фактически вынудили Хрущева ослабить давление на Румынию, хотя о согласии на вывод оттуда советских войск ещё не было и речи. Но начиная с осени 1957 г. Бухарест всё чаще запрашивал Москву о возможных сроках вывода войск СССР. 8 ноября 1957 г. на встрече в Москве с Георгиу-Дежем Хрущев явно учитывал все упомянутые выше факторы и раздражённо, но конкретно заявил: «Раз уж вы так настаиваете, постараемся вскоре решить этот вопрос».

Наконец, 17 апреля 1958 г. в письме Хрущёва румынскому лидеру сообщалось, что «ввиду международной разрядки» и потому, что «Румыния располагает надёжными вооруженными силами, в СССР убеждены в отсутствии необходимости пребывания советских войск в Румынии». Уже 24 мая в Бухаресте было подписано соответствующее соглашение, причём в документе особо оговаривалось, что вывод войск завершится к 15 августа того же года. И СССР чётко уложился в указанный срок.

По румынским данным, уже 25 июня 1958 г. 35 тыс. советских военнослужащих, большая часть военного контингента СССР в Румынии, покинули эту страну. Но на протяжении 1958-1963 гг. на территории Румынии продолжали действовать советские военные аэродромы и морские базы — к западу от приграничных Ясс, вблизи Клужа, Плоешти, дунайско-черноморских портов Брэила и Констанца. Эти объекты входили в базовый реестр Варшавского договора (ВД) вплоть до его роспуска в 1990-м, но реально страны Договора ими не пользовались.

Румынские власти разрешали там постоянную дислокацию войск ВД исключительно в случае прямой военной угрозы безопасности Румынии или её соседей по ВД. Но в период Карибского кризиса Москва решила не запрашивать Бухарест по этому вопросу во избежание его «смычки» с военно-политическим союзом КНР и Албании.

Около трети советского военного контингента в Румынии было в 1958-1959 гг. передислоцировано в Болгарию, где уже имелось около 10 военных баз СССР (включая припортовые в Варне и Бургасе) с постоянной дислокацией там советских военнослужащих и вооружений. Они были эвакуированы из страны только в 1990-1991 гг.

Но со времени вывода советских войск из Румынии была фактически разомкнута географическая сопредельность Болгарии с другими странами Варшавского договора: единственным «нетранзитным» маршрутом стало сообщение между черноморскими портами СССР и Болгарии. Для его укрепления в ноябре 1978 г. был введён в действие в обход Румынии трансчерноморский паром Ильичевск (Украинская ССР) – Варна.

А в 1961-1965 гг. в Болгарии были размещены советские ракетные комплексы различного радиуса действия. Но все эти объекты Москва предпочитала размещать во «внутренней» Болгарии, а не вблизи её границ. Во избежание эскалации военного присутствия США — НАТО у границ Греции и Турции с Болгарией. И более широкого военного сотрудничества США с Югославией на основе их бессрочного договора 1951 г. «О взаимном обеспечении безопасности».

Однако практически все советские ракетные комплексы в Болгарии в 1990-х годах стали «достоянием» США и НАТО. И за это надо сказать отдельное «спасибо» уже тогдашним последователям незадачливого антисталиниста Хрущёва.
https://topwar.ru/156214-dejanija-nikity-chudotvorca-chast-5-chao-albanija.html   https://topwar.ru/156541-dejanija-nikity-chudotvorca-chast-5-kak-hruschev-proschalsja-s-balkanami.html
Tags: Биографии, История, Люди и этносы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments